Инвестируй или плати: какие новые налоги ждут российский бизнес и граждан

«Скажу сейчас важную вещь, но ничего нового, бизнес уже об этом знает. Прибыль корпоративного сектора в этом году обещает быть рекордной, несмотря на все проблемы, с которыми мы сталкиваемся. Тем не менее, это смотрится именно так. Посмотрим, как она будет использована, эта прибыль, и с учётом этого по итогам года будем принимать решение о возможной донастройке налогового законодательства. Жду здесь от правительства конкретных предложений. Скажу, что называется, без протокола: дивиденды — кто-то выводит дивиденды, а кто-то вкладывает в развитие своих предприятий и целых отраслей. Будем поощрять, конечно, тех, кто вкладывает», — заявил Владимир Путин в рамках недавнего послания Федеральному Собранию. 

По мнению экспертов, в выступлении российского президента прозвучал совершенно определенный сигнал о том, что дальнейшего повышения налогов не избежать, поэтому теперь остается лишь найти для этого такие обоснования, которые будут наименее болезненно восприняты бизнесом и общественным мнением.

Основанием для утверждения Владимира Путина об ожидаемой рекордной прибыли российских компаний является восстановление сырьевых рынков после прошлогоднего провала. «В последние месяцы, — сообщил российский президент в марте в ходе совещания о мерах по повышению инвестиционной активности, — наметилась четкая тенденция на улучшение глобальной конъюнктуры по таким важнейшим товарам, как металлы, удобрения, другие товары российского экспорта… Ну там сталь, медь, удобрения, никель… Все эти рынки не только отыграли кризисные потери, но и по ряду позиций демонстрируют многолетние максимумы… С учетом восстановления глобальных рынков и положительных тенденций в российской экономике можно прогнозировать, что отечественные компании, прежде всего, в экспортоориентированных секторах завершат наступающий год с хорошим финансовым результатом, чего мы искренне от всей души желаем и будем всячески помогать».

По нынешним временам говорить с полной уверенностью о рекордной чистой прибыли компаний за год по истечению лишь одного квартала явно преждевременно. Но текущая картина действительно свидетельствует о том, что некоторые сегменты российского бизнеса — прежде всего, естественно, крупного — работают с хорошей прибылью или имеют хорошие ожидания по этому показателю.

В первую очередь это банковский сектор, которые показал в марте рекордную с 2012 года для этого месяца прибыль в 205 млрд рублей (плюс 7,8% к марту 2020 года и плюс 22% к февралю). Хотя распределяется эта прибыль, как обычно, крайне неравномерно — больше половины (103,3 млрд рублей) предсказуемо досталось Сбербанку. «Первый квартал очень оптимистичен, — прокомментировал этот результат глава Сбербанка Герман Греф. — Мы существенно увеличиваем объем прибыли к прошлому году. Но я бы воздержался от прогнозов. Это будет не немножко, скорее всего, а существенно больше, чем в прошлом году. Но пока лучше давайте работать, чем делать прогнозы». Рекордную чистую прибыль в первом квартале получил и банк ВТБ — 85,1 млрд рублей, что оказалось заметно больше, чем за весь 2020 год (75,3 млрд рублей).

Оптимистичные прогнозы по чистой прибыли есть и у ряда компаний реального сектора. В частности, как сообщал «Коммерсантъ», контролируемый государством энергетический холдинг «РусГидро» на этот год заложил в проект бизнес-плана прогноз по росту чистой прибыли на 43%, до 47,86 млрд рублей, в связи с окончанием периода крупных «бумажных» списаний после ввода планово-убыточных энергоблоков на Дальнем Востоке. В январских аналитических материалах инвестиционной компании «Атон» среди компаний с ожидаемой высокой дивидендной доходностью (что само по себе указывает на рост прибыли), помимо Сбербанка и «РусГидро», назывались «Норильский Никель», «Газпром», «Северсталь» и АФК «Система». Рекордную в своей истории чистую квартальную прибыль в последние три месяца прошлого года зафиксировала «Роснефть» — 324 миллиарда рублей, или в 2,4 раза больше, чем за четвертый квартал 2019 года.

Но в целом, даже если российский бизнес по итогам и покажет увеличение чистой прибыли, то это в любом случае будет рост от низкой базы. По данным аналитиков международной аудиторско-консатинговой сети FinExpertiza, в прошлом году совокупная прибыль российских крупных и средних компаний по итогам прошлого года показала худший результат за 12 лет, то есть с момента глобального кризиса 2008 года, упав на 23,5%, до 12,42 трлн рублей. Так что хорошим результатом будет хотя бы возвращение прибыли на предкризисный уровень в ногу с прогнозируемой динамикой восстановления экономики страны. Согласно последней оценке Минэкономразвития РФ, в сугубо формальных показателях ВВП это произойдет уже к началу следующего года: ожидается, что в текущем году российский ВВП увеличится на 2,9% против прошлогоднего падения на 3%.

Вероятно, основным механизмом поддержания этих темпов роста власти рассматривают увеличение объема инвестиций, прежде всего из прибыли компаний. Но вопрос о том, что делать с полученной прибылью, лишь отчасти связан с ее размером. Еще по итогам 2018 года, по данным регистраторской компании «НРК — Р.О.С.Т.», российские публичные компании выплатили рекордные дивиденды в объеме 2,6 трлн рублей — более чем в полтора раза больше по сравнению с 2017 годом (1,66 трлн рублей). Аналитики увидели в этом тревожный предкризисный сигнал: бизнес предпочитает не инвестировать в российскую экономику, а раздавать ее своим акционерам, определенно опасаясь за дальнейшую судьбу своих вложений. Кризис и в самом деле наступил (правда, в неожиданной форме), но теперь призыв к российскому бизнесу инвестировать в российскую экономику свою прибыль звучит еще громче.

«Сама по себе постановка вопроса о правильном или неправильном распоряжении прибылью сугубо политическая. Не исключено, что бизнесу в послании президента был отправлен очередной сигнал: если снова будете выводить прибыль в офшоры, а не вкладывать ее в экономику России, получите повышение налогов», — комментирует генеральный директор Национальной юридической компании «Митра» Юрий Мирзоев. Однако и без этого, по его мнению, вероятность, что налоги для бизнеса после выборов в Госдуму вырастут, почти стопроцентная.

До выборов, считает эксперт, на такую непопулярную меру, как повышение налогов, конечно, не пойдут, но с учетом того, сколько трат в последнее время обещано экономике и социальной сфере из госбюджета, других вариантов эти траты профинансировать не просматривается, особенно при отсутствии экономического роста.

«Экономика сейчас просто неспособна генерировать тот объем доходов в бюджет, которые подразумеваются заявленными расходными обязательствами— считает Юрий Мирзоев. — Отпускать рубль в дальнейшее свободное падение опасно — это опять приведет к росту цен, но можно точечно поднять налоги. И даже если бизнес „правильно“ распорядится своими прибылями, это вряд ли спасет его — а следовательно, и все население в целом — от повышения налоговой нагрузки».

Повышать налоговые ставки напрямую не обязательно, говорит Юрий Мирзоев — есть и другие варианты: отмена льгот, расширение объектов налогообложения, а возможно, мы увидим и какие-то новые налоги. Скорее всего, предполагает специалист, для бизнеса будут отменены «льготы» по налогу на имущество юридических лиц в части движимого имущества:

«Законодатели, желая добиться роста инвестиций в производственные мощности, освободили от обложения налогом на имущество средства производства, относящееся к движимому имуществу. Но сами критерии, позволяющие разграничить движимое имущество от недвижимого, в Налоговый кодекс не прописали. В результате налогоплательщики и правоприменители (налоговые органы и суды) оказались в правовом хаосе. Правовой вакуум привел к тому, что налоговые органы, быстро поняв, что к чему, стали массово переквалифицировать объекты движимого имущества в недвижимость и доначислять огромные суммы налогов. Чтобы избежать таких ситуаций в дальнейшем, „льготы“ по движимому имуществу, скорее всего, отменят под предлогом определенности правоприменения».

В то же время, продолжает Мирзоев, нельзя исключать и тот вариант, что произойдет очередное ужесточение антиофшорного законодательства — это можно лишь поприветствовать. Также достаточна высока вероятность того, что будут повышены определенные налоги и для физических лиц — например, для получателей дивидендов и участников электронного бизнеса: блогеров, получателей донатов и т. д. Этот сегмент сейчас находится в «серой» зоне — государство ее как бы не видит, и это не может продолжаться до бесконечности, поясняет эксперт. Для этого потребуются изменения законодательства в части НДФЛ, а возможно, и в гражданское законодательство, чтобы придать донатам правовой статус:

«Руководство ФНС с его опытом в области цифровизации наверняка найдет способ, как администрировать налогообложение в этой сфере. Не исключено, что дополнительное налогообложение ждет и такие платформы, как Facebook, Google, YоuTubе и другие».

Материал взят с официального сайта EurAsia Daily